Шагните внутрь краснокирпичного замка Густава Васы на озере Меларен

Бу Юнссон Грип построил первое укрепление на этом островке в 1370-х годах, дав Грипсхольму его имя. В 1526 году, основав династию Васа, король Густав I упразднил картезианский монастырь, находившийся тогда на этом месте, и в 1537 году начал возводить на его месте укреплённый королевский замок по проекту Хенрика фон Кёллена.

Четыре круглые башни замка, достаточно толстые, чтобы скрывать внутри своих стен винтовые лестницы и кладовые, строились в равной мере для обороны и для представительности — действующая крепость для новой династии, которая только что пробилась к шведскому трону и имела все основания сделать эту власть зримой в кирпиче и камне.

Между 1563 и 1567 годами король Эрик XIV держал в Грипсхольме своего собственного единокровного брата, герцога Юхана, и его жену, польскую принцессу Катарину Ягеллонку, по подозрению в измене. Их сын, родившийся в замке в 1566 году, позже стал королём Сигизмундом и Польши, и Швеции.

Сюжет оборачивается против самого себя: всего через четыре года после освобождения Юхана Эрик XIV был свергнут и с 1571 по 1573 год содержался узником в том самом замке, где когда-то заточил собственного брата, — тюремщик стал пленником в тех самых стенах из красного кирпича, откуда некогда правил как король; столь разительный поворот судьбы мало какая королевская династия в мире знала.

Герцог Карл — младший сын Густава Васы и будущий король Карл IX — оставил Грипсхольму самый хорошо сохранившийся интерьер. Его покои, обустроенные в 1570-х годах, до сих пор хранят оригинальную мебель той эпохи, а расписные потолочные фрески датируются 1573 годом.

Поскольку отделка слишком хрупкая для того, чтобы по ней ходили, посетители осматривают покои герцога Карла через стеклянную перегородку, а не заходя внутрь. То, что вы видите, — не реконструкция, а сама комната, по сути неизменная вот уже четыреста пятьдесят лет: мебель, фрески и всё остальное — в точности такими, какими их оставил будущий король, когда перешёл от покоев к трону.

Густав Васа начал собирать портреты для Gripsholm ещё в XVI веке — уже в описи 1548 года среди живописных полотен замка значились 23 портрета, — и его преемники продолжали пополнять это собрание. В 1822 году король Карл XIV Юхан официально учредил коллекцию как Шведскую национальную портретную галерею — старейшее национальное портретное собрание в мире.

Сегодня в Грипсхольме висит более 800 произведений — от пола до потолка, зал за залом, прослеживая шведские лица от эпохи Густава Васы до наших дней. Почти каждый год коллекция пополняется новым портретом — «Портретом чести», — так что галерея растёт и по сей день, спустя столетия после своего основания.

Король Густав III, страстный покровитель драматического искусства, повелел устроить камерный театр в одной из круглых башен Грипсхольма между 1772 и 1781 годами по проекту Эрика Пальмстедта, вдохновлявшегося Театро Олимпико Палладио в Виченце. Круглая башня образовала небольшой амфитеатр примерно на шестьдесят мест.

С 1785 года в театре Густава III не было сыграно ни одного спектакля, и он сохранился практически в первозданном виде. Представленные на обозрение декорации — те самые, что использовались для постановки «Drottning Christina» перед королевским двором, и они остаются точно такими, какими их убрали более двух столетий назад, вместе с креслами и люстрами, в ожидании спектакля, который так и не возобновился.

Поскольку Gripsholm открыт ежедневно только в тёплые месяцы, большинство посетителей естественно приезжают с середины мая до середины сентября — и в этот период утро буднего дня — самое спокойное время, чтобы осмотреть парадные залы и Портретную галерею до более многолюдных полуденных часов.

Если ваша поездка выпадает за пределы летнего сезона, планируйте её на субботу или воскресенье с учётом сокращённого зимнего графика работы и убедитесь, что выбранная дата не совпадает с одним из закрытых дней в период рождественских и новогодних праздников. Бронирование даты заранее означает, что ваш вход организован в любой сезон вашего путешествия — без догадок в тот день, когда вы наконец подойдёте к воротам.